Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

В шовинистическом угаре

О прошлом годе рассекал по Баварии с георгиевской, например, ленточкой на авто, а в Судетах обнаружил, что я такой не один. На сей раз однако впервые за много лет нарушил обычай надо - не надо, но идти в баню на 7 ноября и 1 мая по весне ехать за рубеж, зато осуществил давнишнюю мечту отправиться в плавание по Волге, что, кстати, является заветной мечтой кучи французов, чьей любимой книгой в детстве был жюльверновский роман "Михаил Строгов", густо пропитанный бредом, но доброжелательно описывающий русский народ.
Как выяснилось, существует целый слой граждан, десятилетиями плавающий по нашим рекам. Уже во время посадки они радостно кидаются друг на друга и на сотрудников корабля, которых знают годами. Многие устраивают себе по два и больше круиза в года, знают каждую извилину реки, по много раз бывали в прибрежных городах и щедро делятся опытом с новичками вроде нас. Если сказать коротко, то отдых на корабле понравился настолько, что буквально наслаждался каждой минутой. Правда, нам повезло: выбор был случайным, но пал на хороший корабль (общее правило - чем корабль больше, тем он лучше), наш, кстати, до 2011 года возил как раз французских путешественников. Питание и каюта тоже оказались отличными. В ресторане и каюте было так тихо, что с трудом верилось, что мы не стоим на месте. Изветное однообразие видов русской средней полосы нисколько не утомляло, но напротив, действовало умиротворяюще. Правда, не слишком повезло с погодой, однажды даже пошёл снег, но, как в таких случаях снисходительно говорит мой отпрыск, стремясь дотянуться до моего плеча, дабы похлопать по нему:
-Это Россия, сынок!



Продожение под катом:

Collapse )

Их предки - не галлы

Всего несколько десятилетий назад на стенах бретонских, баскских, окситанских, савоярских и прочих французских школ висели объявления:
"Детям запрещается плеваться и разговаривать на местном языке", а учебники, по которым учились и светловолосые бретонцы и в пигмеи в Убанги-Шари, начинались словами: "Наши предки - галлы". Такая политика во Франции называется "якобинским государством": во Франции - все французы, унитарное правление, не курить - не плевать. В итоге сегодня нет детей, для которых бретонский - родной язык, однако всё больше взрослых борется за национальное возрождение Бретани.
Волощающий Францию петух, видимо, не одобряет бретонцев:



Даже глава ТФ-1, первого канала французского ТВ, заявил несколько лет назад, что французы устроили геноцид бретонцев. Правда, сам г-н директор, судя по его должности, не самая несчастная жертва. Кстати, его ТВ во Франции считается олицетворением поставленного на поток оглупления зрителей жвачкой для глаз.



44=Бретань (слово Бретань написано по-бретонски). 44 в данном случае не половина от 88, а административный номер соседнего с Бретанью департамента Франции, который бретонцы считают своим.
В Бретани довольно распространено вещание на бретонском, кое-где его вводят в школах как необязательный предмет, создают всяческие бретонские объединения, добиваются официального использования местного наречия, которое, будучи кельтским, ничуть не походит на французский. Проводятся общекельтские празднества, где можно увидеть связанные вместе бретонский и, например, ирландский или даже квебекский флаги. Если дело пойдёт так бойко, как в Боснии и Герцеговине после того, как там стали связывать хорватский и мусульманский флаги, то Францию ждут блестящие времена, как две капли воды похожие на первую половину 90-ых в БиГ. В мусульманских и хорватских кантонах БиГ замазывают надписи кириллицей, а в Республике Сербской - латиницей. В Бретани начинают замазывать указатели на французском:



"Пишите по-бретонски, бретонский - живой язык" написано на листовке, которую клеют туда, где власти "забыли" сделать бретонскую надписись:
Collapse )

Хроника текущих событий (4)

Вокруг столько занятных людей и событий, а меня окружают всё больше те ещё зануды… Вот, скажем, знакомый переехал в новую квартиру в новопостроенном доме. Там образуется водяное гражданское общество восьмого подъездного уровня во главе со старшей по подъезду (святопетроградск. – парадная).
У этой самой страшной старшОй, одинокой дамы за тридцать, милое увлечение – кровосмешение. Нет, не в том смысле, что она им скрашивает долгие одинокие вечера, а в том, что хочет об этом поговорить. И нашла, как ей кажется, собеседника в лице моего приятеля. То есть именно ей так кажется. У него мнение другое, поскольку противозаконная связь между родственниками и даже обсуждение таковой увлекает Костю слабо. Он в меру сил избегает посещений старшей по подъезду, выливающихся в профилактические беседы об инцесте. Будучи, однако, человеком сравнительно мягким, не решается общаться с представительницей гражданского общества через входную дверь, а потом жалуется на ужасы НКО «Подъезд».
Нет, не хватает нашим людям гражданского мужества принять радости гражданского общества.
Впрочем, жаловаться любят не одни соотечественники. Лет несколько назад с недоумением смотрел передачу хорватского ТВ-1, в которой важные и умные деятели жаловались друг другу на хорватскую молодёжь, слушающую «народняки», и обсуждали, как с этой напастью бороться. Посмотрел в словаре: да, «народняки» значит «народные песни».
-Во, - думаю, - дела! Во всём мире молодёжи стараются привить любовь к народной музыке, и только в Хорватии с точностью до наоборот.
Лишь потом понял, что в с/х-языке народняками называется своеобразная сербская попса, которую национално-свесни хрват должен всячески избегать. И тем не менее до полуночи по далматинским, а тем более истринским барам худо-бедно звучат идеологически выдержанные тамбураши, но как только ночь (и выпитое) вступают в свои права, там включают Цецу, Лепу Брену и прочий турфбо-фольк сербского разлива. Ну как тут не жаловаться на жизнь!

Цеца - воплощённый ужас народняков. Бонсус - слова про любовь. которая захватывает, словно метель:



А вот в Белграде на жизнь жаловаться не привыкли. Читаю сейчас «Эльдорадо» Момо Капора (был такой забавный сербский писатель родом из Сараево). Один из героев романа замечает:
-Новое кладбище в Белграде в рабочий день веселее, чем Женева субботним вечером.
И с ним трудно не согласиться.
Словом, даже там, где, как в бывшей Югославии, язык – один, возникают всякие недоразумения. Чего уж говорить о случаях, когда языки не одинаковые даже отдалённо. Например, языки трудолюбивых мигрантов (тм)Collapse ).

Постойте!Удержитесь! Я еще не умер, а вы меня едите!Кстати, не надобно ль в вашу губернию учителей?

Добрый знакомый Пушкина, русский офицер Ф.Н.Глинка оставил воспоминания о войне 1812 г. В ходе войны Глинку поражали не только зверства французов (ни в чём не уступая немцам из 1941-45 гг., французы сжигали деревни вместе с жителями, добивали раненых…), но и почтительное отношение русского светского общества к французам. Даже уходя из Москвы, русская знать не забывала прихватить с собой французиков-учителей, бонн и прочих соплеменников Наполеона, к которым продолжала относиться как к креативному классу источнику цивилизации. Два столетья промчалось, но и совремённая наша знать по-прежнему видит во французах сплошь  дартаньянов, а не, например, творцов геноцида в Руанде (1 млн. жертв за три месяца 1995 г.).

А вот какими увидел Ф.Н.Глинка отступавших французов:

В самых диких лесах Америки, в области каннибалов, едва ли можно видеть такие ужасы, какие представляются здесь ежедневно глазам нашим. До какой степени достигает остервенение человека! Нет! Голод, как бы он ни был велик, не может оправдать такого зверства. Один из наших проповедников недавно назвал французов обесчеловечившимся народом; нет ничего справедливее этого изречения. Положим, что голод принуждает их искать пищи в навозных кучах, есть кошек, собак и лошадей; но может ли он принудить пожирать подобных себе. Они нимало не содрогаясь и с великим хладнокровием рассуждают о вкусе конского и человеческого мяса! Зато как они гибнут: как мухи в самую позднюю осень!.. У мертвых лица ужасно обезображены. Злость, отчаяние, бешенство и прочие дикие страсти глубоко запечатлелись на них. Видно, что сии люди погибали в минуты исступления, со скрежетом зубов и пеною на устах. На сих лицах не успело водвориться и спокойствие смерти. Те, которые не совсем еще обезумели, беспрестанно просят есть; а накорми их досыта теплым кушаньем — умирают! Но большая часть из них совсем обезумели; бродят, как слепые. Вчера я видел одного, который, в самом пылу сраженья, с величайшим хладнокровием мотал клубок нитки и сам с собой разговаривал, воображая, что он сидит дома у своей матери. Но вчерашняя ночь была для меня самая ужасная! Желая немного обсушиться, мы оправили кое-как одну избу, законопатили стены, пробитые ядрами, и истопили печь. Сотни стенящих привидений, как Шекспировы тени, бродили около нас. Но едва почуяли они теплый дух, как с страшным воплем и ревом присыпали к дверям. Один по одному втеснилось их несколько десятков. Одни валялись под лавками и на полу, другие на верхних полатях, под печью и на печи. Мы принуждены были помостить себе несколько досок с лавки на лавку. Отягченные усталостью, уснули на них. Перед светом страшный вой и стоны разбудили меня. Под нами и над нами множество голосов, на всех почти европейских языках, вопили, жаловались или изрыгали проклятие на Наполеона! Тут были раненые, полузамерзшие и сумасшедшие. Иной кричал: «Помогите! Помогите! Кровь льется из всех моих ран! Меня стеснили!.. У меня оторвали руку!» «Постойте! Удержитесь! Я еще не умер, а вы меня едите!» — кричал другой. В самом деле, они с голоду кусали друг друга. Третий дрожащим голосом жаловался, что он весь хладеет, мерзнет; что уже не чувствует ни рук, ни ног! И вдруг среди стона, вздохов, визга и скрежета зубов раздавался ужасный хохот... Какой-нибудь безумный, воображая, что он выздоровел, смеялся, сзывая товарищей: бить русских! (…)

Когда рассвело,

Collapse )

Грузин? Давай до свиданья!

Мне одному сдаётся, что за последние лет десять грузин не стало видно в Первопрестольной? Не тех, кто жили в Москве чуть ли не от рождения и, надеюсь, давно обрусели, а тех, кто подобно их соседям по известным горам выпирал из всех щелей на рынках, на улицах, в вузах, в увеселительных заведениях, в музеях и библиотеках. Тех грузин, кто с советских времён расталкивал окружающих локтями во всех смыслах слова, кажется, поубавилось.

В избавление от миграционных бед визовым путём верю средне - пример Америк и прочих Франций показывает ограниченность возможностей визовой самообороны. Однако надо признать, что если моё скромное наблюдение не только зрительно, то визы, разумеется, в сочетании с другими мерами, помогают от мазох-гостеприимства.

Пробьёт час освобождения!



На немецкой листовке военных лет обыгрывается лозунг американского агитпропа для населения Франции - "Пробьёт час освобождения!" Внизу забавное добавление: "Пишите завещание! Пишите завещание!" - мол, прибьют, вас амеры с их бомбо-освобождением.
Для тысяч жителей Нормандии так и случилось: от американских бомб погибло больше, чем от рук немцев, что и не чудо с учётом германского курортно-оккупационного режима для Франции.
Так я о родном освободительном движении. Как нам дельфины объявили пару недель тому – ещё несколько таких маршей, и действующее правительство падёт.
Нет, я не спрашиваю где колбаса, я спрашиваю, где Изя, который спрашивал, где колбаса.
Нет, я не спрашиваю, отчего люди, окончившие школу в дофурсенковские времена, называют мероприятие с числом участников, выражающимся (хорошо если) пятизначной цифрой, «маршем миллионОВ».
Я спрашиваю, кто войдёт в освободительное правительство, буде действующее-таки падёт. Условиться о составе грядущего кабинета – дело нехитрое.
Тут не надо, нудно споря с охранителями, объяснять с цифрами в руках, как он, кабинет вольный, новый, станет поднимать производство, несырьевой вывоз, производительность труда, доходы населения, уровень образования и обороны.
Для начала недурственно было бы просто сообщить, что, например, министерство изобилия возглавит Немцов, министерство мира – Лимонов, министерство правды – Касьянов, министерство труда – Прохоров, ну и далее по списку. Вернётся ли Collapse )

А были ли фашисты?

Прочёл написанные в 1943-44 гг. "Дни и ночи" К.Симонова. Хотелось бы поговорить об этой книге, да и о других военных книгах, фильмах с ветеранами той войны, но теперь уже, кажется, и не знаю ни одного ветерана. Да и у ныне живущих ветеранов 70 лет спустя восприятие и войны, и книг о ней неизбежно отличается от того, что было раньше, когда те события не отдовинулись на три поколения назад. 
Между тем, пока учился в школе, почти всё чтение о войне казалось скучным, а выступления ветеранов не заслуживающими моего драгоценного внимания. Разве что "Брестская крепость" С.С.Смирнова впечатлила. 
Обратил внимание, что на 250 страницах "Дней и ночей" слово "фашист" если и встречается, то на пальцах одной руки можно посчитать, скорлько раз. Слов "нацист", а тем более "национал-социалист", "эсэсовец", "вермахт" вовсе нет. Только - немцы. По пять, по десять раз на каждой страницы. Просто немцы.
И то сказать, подавляющее большинство пришедших в Россию немцев, рабочих, крестьян, творческой интеллигенции, учителей, врачей не входили ни в НСДАП, ни в тем более в СС, ни даже в гитлерюгенд или союз девушек-нацисток или имперский союз любителей знаков почтовой оплаты. Разве что в устраивавший досуг трудящихся союз "Сила через радость". Словом, они были просто немцами. И каждого четвёртого белорусса тоже убили просто немцы.

Ресталинизация

За последние два десятилетия Вашингтонский обком и Брюссельский окружком, будапештский, рижский, белградский, софийский и смежные райкомы, а равно и общечеловеки отечественного разлива трудились по-большевистски: не щадя себя и ещё меньше щадя расово демократически-неполноценных землян.
Священна цель их трудов – возвращение доброго имени оболганным В.И.Ленину, И.В.Сталину, И.Б.Тито,  Я.Кадару, Н.Чаушеску,  С.Хуссейну, М.Каддафи и др. товарищам.
Кто работы не боится, у того она и спорится. Многое сделано. Есть, чем гордиться. И.В.Сталин, хвалить которого в первые годы после исторического материализма стеснялись даже на слётах ветеранов НКВД, прочно занял место самого уважаемого деятеля родной истории в сознании и тех, кто коммунистов видел только по телевизору. Стажирующийся у меня студент МГИМО обрывает всякое невосхищённое слово о Генералиссимусе:
-Не надо очернять! – отрезает он тоном, которым последний раз говорили сторонники Е.К.Лигачёва на 19-ой партийной конференции. Тем же тоном, каким лет ***цать назад я бросал преподавателям: -Не надо обелять!


Навсегда осталось в прошлом "Прощай, немытая Россия!" Сегодня мы уверенно говорим: "Здравствуй, мытая Россия!" (см. последнюю товарную позицию).

20 лет десталинизации привели к тому, что в любом эфирном споре сталинисты собирают в 10 раз большую поддержку, чем их разоблачители.
Когда 13 лет было мне, мы со сверстниками Америку воспринимали скорее с завистливым восхищением. Сегодня 13-летний бэби и его приятели испытывают к Сияющему граду на холме (ц, Р.Рейган) разные чувства – только не зависть и не восхищение. Метаморфоза сия доказывает великую отдачу от свободного труда свободных людей. Освободительный агитпроп (разумеется, в сочетании с реальностью, данной нам в ощущениях) вселил в сердца миллионов трудящихся такое отношение к СаСШ, которое подневольные агитаторы из ЦК и не мечтали вселить. Ведь ни сотня лекций в ЖЭКе «О международном положении СССР», ни передача «Ленинский университет триллионов миллионов» не расскажут о Западе столько, сколько краткая весть из Лондона о надписи «С Пасхой, сербы!», которую англичане писали на ракетах, предназначенных для Белграда.
Да, многое сделано. Но надо с людями как-то помягше, не с таким напором. Ведь жаль, если идущая с бодростью первых пятилеток ресталинизация осуществится на все 100% и за Свинадзе перестанут голосовать даже члены его семьи. Что за демократия с таким кимирсеновским счётом? Ведь затевалось-то всё ради свободы разномыслия.
Между тем, сообщения о том, как п-ка Каддафи пристрелили, а изуродованный труп выставили на обозрение в торговом центре, вызывают оторопь даже у нас, не вздрагивающих
Collapse )